Всплыло ещё одно интервью Протасевича об участии в батальоне «Азов» (ВИДЕО)

Всплыло ещё одно интервью Протасевича об участии в батальоне «Азов» (ВИДЕО)

Всплыло ещё одно интервью Протасевича об участии в батальоне «Азов» (ВИДЕО)

«Русская Весна» уже показывала интервью главного ньюсмейкера этой недели Романа Протасевича, которое в 2015 году он дал «Радио Свобода»*.

Там он говорит об участии в белорусском отряде «Пагоня» и неонацистском карательном батальоне «Азов», подчёркивает, что «ни о чём не жалеет».

Сегодня мы хотим показать вам ещё одно интервью, на этот раз украинскому изданию «Фокус». Оно вышло 16 июня 2015 года под заголовком «Братская война. За что воюет белорусский доброволец в Донбассе».

«По происхождению я белорус, украинец и поляк. На Майдане был около месяца. Во время столкновений получил черепно-мозговую травму и уехал домой в Минск. Это был мой первый визит в Украину.

От советской власти пострадало много моих родственников. Возможно, поэтому судьба украинцев мне небезразлична: я считаю, что у белорусского и украинского народа общий враг — Кремль.

Последние годы меня преследовали белорусские власти: я долго был в оппозиции, но потом в ней разочаровался. Я националист, считаю себя умеренно-правым.

Когда началась война на востоке Украины, я не мог остаться в стороне.

Пытался вступить в батальон „Донбасс“, но не получилось: не дозвонился по указанным в социальной сети телефонам. Потом узнал, что белорусский отряд „Пагоня“ набирает добровольцев для участия в боевых действиях в АТО. Написал им. 

Спустя какое-то время меня пригласили на собеседование. У меня не было военного образования и опыта участия в боевых действиях. Я журналист.

„Пагоня“ — не самостоятельная боевая единица. Это скорее народная организация, объединение воюющих белорусов. После того как добровольцы проходят отбор, их отправляют в украинские добровольческие батальоны.

Отбор заключается в анкетировании и собеседованиях, психологических тестах. Вопросы составлены так, что человек рано или поздно „проколется“ на какой-то мелочи, если врёт.

Потом добровольцы проходят общевойсковые тренировки, но без оружия.

У меня была возможность попасть в „Азов“, „Айдар“ или „Донбасс“. Я был в самом первом наборе, поэтому оказался в „Азове“. В Украину приехал в июле. В батальоне мы проходили тактическую и медицинскую подготовку. Потом был курс молодого бойца и отправка в АТО.

Сейчас новобранцы тренируются по последним методикам — проходят курс „Азов-Спартан“. В его основе курс подготовки морских котиков в США. Это серьёзное испытание. Люди, у которых проблемы с психологической выносливостью, на этом этапе отсеиваются.

На войне каждая минута непредсказуема. Можно пить кофе в окопе, а через секунду умереть.

Это огромное испытание: за один день я потерял двух очень близких друзей.

Во время первых ротаций было тяжело видеть, что люди отдыхают, живут своей жизнью. Как так? Мы приехали защищать вашу страну, а вы бухаете по клубам, жалуетесь, что всё плохо, и ничего не делаете.

Теперь, после долгого пребывания на фронте, понимаю, что война не для всех. Я воюю для того, чтобы эта мирная жизнь такой и оставалась.

Ребята, которые не прошли войну, в чём-то счастливее меня: они не знают многого. Но в чём-то у меня есть перед ними преимущество: я понимаю реальную цену жизни, цену дружбы гораздо больше, чем они.

Они не переживали настолько сильные эмоции: леденящий страх, ярость.

Я участвовал во всех операциях „Азова“, был ранен. Ни разу не пожалел, что ввязался во всё это.

Я не чувствую себя инородным телом внутри организации: я такой же боец, как и все.

Я встречал людей, которых привлекает война. Случалось разговаривать с иностранцами, которые участвовали во многих войнах и уже не представляют своей жизни иначе. Но таких немного.

За Украину воюют около ста белорусов.

Со стороны сепаратистов тоже есть мои соотечественники, правда, я их таковыми не считаю: это враги.

Я знаю, что в Широкино на стороне сепаратистов воюют два белорусских милиционера.

В Широкино при очистке складов ребята недавно обнаружили нашивку с логотипом белорусской оппозиционной организации, которая была известна в 90-х годах. Это была странная находка. Первое напоминание о Беларуси по ту сторону фронта.

Нашивка раньше не использовалась, она была абсолютно новой, лежала в пакете. Видно, берегли для особого случая.

Мне кажется, что сепаратисты готовили какую-то провокацию. А этот логотип они неудачно выбрали в Google по запросу „белорусская оппозиционная организация“.

Я доброволец и не получаю деньги за службу. Нас обувают, одевают, всем обеспечивают.

По возвращении домой ничего хорошего меня не ждёт. Уголовный кодекс республики Беларусь гласит, что наказанию подлежат лица, которые участвуют в вооружённом конфликте на территории иностранного государства, при этом не состоят в государственных воинских формированиях. Статья 133-я.

Я нахожусь в регулярном воинском формировании и не подпадаю под эту статью. Другое дело, что белорусскому КГБ ничего не нужно доказывать.

Всегда можно сказать, что при задержании ты ударил сотрудника милиции по лицу, повредил ему зубную эмаль и теперь получишь семь лет строгого режима.

К моим близким пока никто из спецслужб не приходил, возможно, потому, что я нигде не свечусь.

Мои взгляды и взгляды моих родителей часто не совпадали, я к этому привык.

Мать восприняла в штыки моё решение идти воевать. Она белоруска, но выросла в России, поэтому русский мир ей близок.


Мы сошлись на том, что это моё решение.

Получение украинского гражданства — очень сложный вопрос. Несмотря на свои обещания, власти ничего не делают для того, чтобы помочь людям, которые воюют за их страну.

Для того, чтобы ускорить процесс, нужно активно светиться в соцсетях, выступать, критиковать, лезть на рожон.

Если тебя заметят, повысятся шансы получить хотя бы вид на жительство.

Мне нужно получить украинское гражданство, чтобы легализовать своё пребывание здесь и иметь возможность безопасно ездить домой, в Беларусь».

Примечательно вот что: осенью 2020 года в интервью российскому блогеру Юрию Дудю Протасевич уже заявляет, что «всё это время выполнял только журналистскую работу», а на уточняющий вопрос, участвовал ли он в боевых действиях, твёрдо отвечает, что нет.

* Организация включена Минюстом России в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента

 

По материалам: rusvesna
Загрузка...

Комментарии (0)

Оставить комментарий